ВРЕМЯ, МЕСТО, ЛЮДИ И МЕТОД

            Некогда жил-был царь. Однажды он позвал к себе дервиша и сказал ему:
     «От начала времен человеческих и по сей день дервишский путь, передаваемый
     из поколения в поколение непрерывно сменяющими друг друга мастерами, служит
     вечным источником света, который лежит в основе таких великих ценностей,
     что даже мое царствование является не более, чем слабым их отражением».
      — Да, это так, — ответил дервиш.
      — А раз так, — продолжал царь, — то если я настолько просвещен, что
     знаю это и страстно желаю обучиться всем тем истинам, которые ты в своей
     мудрости можешь сделать доступными, — учи меня.
      — Это просьба или приказ? — спросил дервиш.
      — Как тебе будет угодно, — сказал монарх. — Единственное, чего я
     хочу, — это учиться у тебя; не все ли равно, будешь ли ты учить меня,
     выполняя просьбу или подчиняясь приказу? И он стал ждать, что ответит
     дервиш.
      Опустив голову на грудь, дервиш погрузился в глубокое раздумье. В
     этой медитационной позе он пробыл довольно долго и, наконец, промолвил:
      — Вы должны ждать благоприятного момента для передачи.
      После этого дервиш продолжал являться каждое утро ко двору, готовый
     служить правителю. Шло время. Изо дня в день вершились государственные
     дела, периоды беззаботного счастья для жителей царства сменялись периодами
     тяжелых испытаний и неудач, царские советники оценивали события и
     принимали решения, колесо небес вращалось.
      Всякий раз, заметив фигуру дервиша в халате из заплат, царь думал:
     «Каждый день он приходит сюда, но упорно не желает возвращаться к нашему
     разговору об учении. Правда, он принимает участие во многих делах двора:
     разговаривает, смеется, ест и, по-видимому, спит. Может быть, он ждет
     какого-то знака?» Но как государь ни старался, он не мог разгадать этой
     тайны.
      И вот однажды подходящая волна незримого набежала на берег
     возможности. Среди присутствующих в тронном зале завязалась беседа и
     кто-то сказал: «Дауд из Сахиля — величайший на свете певец». Обычно
     никогда не проявлявший интереса к подобным заявлениям, царь внезапно
     загорелся страстным желанием услышать этого певца.
      — Приведите его немедленно ко мне, — приказал он.
      Придворный церемонийместер пришел к певцу и объявил ему, что его
     требует к себе сам государь. Дауд — царь среди певцов — ответил: «Ваш
     правитель мало разбирается в том, что необходимо для пения. Если он желает
     просто посмотреть на меня, я приду. Но если он хочет услышать мое мнение,
     он должен как и все люди, ждать, пока у меня не появится настроение петь.
     Я превзошел других певцов только потому, что знаю, когда следует петь и
     когда не следует. Зная этот секрет, любой осел может стать великим
     певцом».
      Эти слова были переданы царю. Гнев и вместе с тем желание сейчас же,
     немедленно, во что бы то ни стало услышать певца, одолели его и он
     воскликнул:
      — Неужели никто из вас не сможет заставить этого певца спеть для
     меня?! Если он поет только тогда, когда у него появляется настроение петь,
     то я желаю его слушать, когда у меня есть настроение для этого.
      Тут дервиш вышел вперед и сказал:
      — О павлин века, пойдем со мной к этому певцу.
      Придворные стали многозначительно переглядываться. Некоторые из них
     тут же решили, что дервиш затевает какую-то хитрую игру и хочет
     воспользоваться случаем заставить певца петь. Если ему это удастся, думали
     они, царь, несомненно, наградит его. Но сказать что-либо никто не решался,
     боясь, что придется принять вызов дервиша.
      Между тем царь без единого слова поднялся с трона, велел принести
     себе нищенское рубище и, облачившись в него, последовал за дервишем.
      Оказавшись у дома певца, они постучались. Из-за двери раздался голос
     Дауда: «Я не пою сегодня. Идите своей дорогой и оставьте меня в покое».
      Тогда дервиш сел на землю и запел. Он пел любимую песню Дауда и
     пропел ее всю, от начала до конца.
      Царь, который не очень-то разбирался в пении, был очарован мелодичным
     голосом дервиша и пришел в восторг от песни. А дервиш нарочно пел
     чуть-чуть фальшиво, чтобы мастеру пения непременно захотелось поправить
     его, но царь этого, конечно, не почувствовал. «Пожалуйста, прошу тебя,
     спой еще раз, я никогда не слышал столь прекрасной мелодии». Но в этот
     момент запел сам Дауд. С первых же звуков царь и дервиш застыли в
     изумлении, внемля сладкозвучному пению «Соловья Сахили». Когда Дауд
     окончил пение, царь послал ему щедрый подарок.
      Затем он обратился к дервишу: «О человек мудрости! Я восхищен тем,
     как ловко ты заставил Соловья спеть для нас, и я хочу назначить тебя
     советником при дворе».
      Но дервиш ответил так:
      — Ваше величество, вы можете услышать песню, которую желаете, только
     в том случае, если есть певец, если присутствуете вы и присутствует
     человек, который создает условия, побуждающие певца петь. В этом отношении
     великие певцы и монархи подобны дервишам и их ученикам. Время, место, люди
     и метод.